Банда прокуроров имени Чайки: отберем все! Избранное

Банда прокуроров имени Чайки: отберем все!
23.09.2020 09:26
shadow

Бывший генеральный прокурор, а сегодня полпред президента в СКФО Юрий Чайка принадлежит к числу тех записных патриотов, которые готовы без устали разоблачать происки Запада. Ведь именно по его инициативе в России в свое время развернулась масштабная борьба с «иностранными агентами», которая продолжается до сих пор. При этом самого Чайку никогда не смущало наличие заграничной недвижимости у членов его собственного семейства, он никогда не считал это антипатриотичным или угрожающим национальным интересам. Нисколько не смущали и не смущают госчиновника также миллиардные госконтракты, которые получают коммерческие структуры, связанные с его сыновьями Артемом и Игорем, такие, как мусорный оператор «Хартия», агрессивно монополизирующий рынок бытовых отходов в ряде регионов. Компаньоном Артема Чайки в его зарубежном гостиничном бизнесе является Ольга Лопатина – экс-супруга заместителя генпрокурора Геннадия Лопатина, ранее строившая совместный бизнес с женами осужденных кущевских отморозков Сергея Цапка и Вячеслава Цеповяза. На фоне таких коммерческих связей не вызывает удивления связанный со сменой руководства Генпрокуратуры массовый исход из надзорного ведомства давних сослуживцев Юрия Чайки, являвшихся неотъемлемой частью годами создававшейся им коррупционной системы.

 

Покинут ли Генпрокуратуру «коррупция и кумовство»?

 

Политику пресекать в зародыше любое возможное проявление инакомыслия Чайка проводил практически вплоть до своей отставки с поста генпрокурора. Так, всего за несколько месяцев до этого знакового события, он разродился «новаторской» идеей, согласно которой в реестр «иноагентов» следовало вносить НКО, получающие финансирование не только от иностранных юридических лиц, но и от российских структур, в числе учредителей которых присутствуют зарубежные компании.

Но хорошо известно, кто при ограблении громче всех кричит «держи вора!». Вот и бывший глава федерального надзорного ведомства преследуя тех, кто, по его мнению, подрывает основы существующего строя, предпочитал закрывать глаза на то, что происходит в его собственном хозяйстве. «Безграмотность и интриги, коррупция и кумовство», – так кратко, но емко, сформулировало итоги 13-летнего руководства Чайки издание http://compromat-sng.com 

Его отставка сулила неизменное завинчивание гаек и обновление команды. Потому не удивительно, что вскоре после назначения на должность Игоря Краснова, в Генпрокуратуре началась череда увольнений высокопоставленных соратников бывшего руководителя: один за другим ушли заместители прокурора Леонид Коржинек и Юрий Гулягин, начальники управления по надзору за исполнением федерального законодательства Анатолий Паламарчук, правового управления Артур Завалунов, главного управления кадров Сергей Замуруев, управделами Сергей Сергеев. После учиненного им пьяного скандала был образцово-показательно уволен замначальника управления физической защиты и обеспечения безопасности Игорь Мыльников.

В общем, кадры в окружении Юрия Яковлевича попадались уникальные. И все они как один стояли на страже законности и порядка. Но не только «безграмотностью и кумовством» запомнилось руководство Чайки. Не менее скандальными оказались публикации, посвященные семейству уже бывшего прокурора, в частности те, которые касались бизнеса и заграничной недвижимости его сыновей Игоря и Артема.

«Мусорные» миллиарды Игоря Чайки

«Сыновья всего добиваются собственным трудом, они – ребята смышленые, с мозгами. Я никуда их не пристраивал, оба сами создавали свой бизнес. С нуля! И младший, и старший», – заявлял в интервью http://minpravda.com  сам Юрий Чайка.

Добились его отпрыски действительно немало. Из двух братьев наиболее медийным лицом является младший – Игорь Чайка, бывший советник губернатора Подмосковья Андрея Воробьева по вопросам моложеной политики на общественных началах. В 2015 году СМИ сообщили, что он отказался от предложения занять пост зампреда регионального правительства ради возможности беспрепятственно заниматься бизнесом и ушел с поста советника.

С тех пор Чайка-младший, вне всякого сомнения преуспел, хотя на момент ухода из аппарата главы региона, «Ведомости» уже оценивали портфель заказов аффилированных с ним коммерческих структур в 300 млрд рублей. Но он, конечно же, всего добился сам, без поддержки высокопоставленного родителя и говорящей фамилии. В прессе можно найти информацию о связанных с Игорем Чайкой 13 коммерческими структурами, самой известной из которых является компания «Хартия», ставшая одним из монополистов на рынке обращения с отходами в ряде регионов, в том числе, Москве и части Подмосковья.

Здесь будет уместно вспомнить о мусорном противостоянии в подмосковном Орехово-Зуево, связанном со строительством «Хартией» мусороперерабатывающего завода. Протесты местных жителей уже сопровождались столкновениями с полицией, но это нисколько не мешает бизнесмену строить планы по расширению мусорной монополии: Чайка уже заявил о своем намерении построить на территории Подмосковья сеть комплексов по переработке отходов, в которые он готов инвестировать порядка 5 млрд рублей.

Одно из первых предприятий такого рода планируется возвести в Щелково. Видимо, личное знакомство и работа с губернатором Воробьевым этому нисколько не способствуют. Все вопросы Чайке приходится решать в общем прядке, записываясь на приемы и обивая пороги чиновничьих кабинетов.

Учитывая, что только в прошлом году выручка ООО «Хартия» составила 9,2 млрд рублей, прибыль – 18 миллионов, а общий объем госконтрактов 45,7 миллиарда, перспективы перед предприятием открываются самые широкие. И никакие народные протесты вроде подмосковных или ярославских не смогут им воспрепятствовать.

А ведь Игорю Чайке еще предстоит развивать свое новое предприятие – ООО «Промышленный экологический оператор», созданное в августе прошлого года и пока не приносящее выручки и не имеющее контрактов. Так что скоро российские регионы ожидает новый этап агрессивного расширения «мусорной империи».

Криминальные компаньоны прокурорских родственников

В отличие от своего младшего брата, Артем Чайка меньше известен. Долгое время он предпочитал оставаться в тени и, нужно отдать должное, у него это хорошо получалось. Чайке-старшему принадлежит «Нерудная компания Бердяуш», выступающая основным поставщиком щебня для структур РЖД. Его также называют бенефициаром одного из крупнейших российских производителей соли – Тыретского солерудника, который в 2013 году выиграл лицензию на право эксплуатации единственного в стране неразведанного участка, расположенного в Калужской области.

Не обошлось и без тени криминала. В частности, имя старшего сына генпрокурора связывали с рейдерским захватом МУП «Серпуховские недра», СМИ сообщали, что его даже вызывали на допрос в Следственный комитет, что стало причиной «холодной» войны между двумя силовыми ведомствами – Следкомом и Генпрокуратурой. Для достижения договоренности, бывший в то время президентом Дмитрий Медведев даже вызывал к себе «на беседу» Александра Бастрыкина и Юрия Чайку.

Своеобразным «звездным часом» Артема Чайки стало посвященное семейству одно из самых громких расследований «Фонда борьбы с коррупцией» (ФБК). В центре внимания экспертов Фонда оказалась зарубежная недвижимость старшего сына генпрокурора. В частности, речь шла о компании «Portes Melathron», которой принадлежало две гостиницы в Греции. Одна из них – «Pomegranate», расположена на греческом полуострове Халкидики, только на ее ремонт было потрачено порядка 25-29 млн евро. Стоимость второй гостиницы «Potidea Palace Hotel», оценивалась в 14 млн евро.

Среди совладельцев «Portes Melathron» оказалась также Ольга Лопатина – бывшая супруга заместителя генерального прокурора Геннадия Лопатина, которого называли одним из ближайших соратников Юрия Чайки. Кроме того, выяснилось, что, еще будучи замужем, госпожа Лопатина вела совместный бизнес с членами печально знаменитого кущевского семейства Цапков: вместе с женами осужденных бандитов Сергея Цапка и Вячеслава Цеповяза супруга прокурорского работника, через принадлежавшую ей фирму «Арлайн», выступала соучредителем предприятия «Сахар Кубани».

Примечательно, что вторым совладельцем «Арлайн» являлась Надежда Староверова – жена бывшего управделами Генпрокуратуры Алексея Староверова, который был отстранен от должности после того, как выяснилось, что в его подмосковном гостевом доме спокойно проживал один из организаторов другого известного преступного сообщества – так называемой «банды ГТА».

После таких разоблачений уже не вызывал удивления тот факт, что одно из уголовных дел, возбужденное в отношении кущевского «авторитета» Сергея Цапка было отменено постановлением прокурора Краснодарского края Леонида Коржинека. В 2016 году Коржинек получил назначение на должность заместителя генпрокурора, которую поспешил оставить вскоре после того, как ведомство возглавил Игорь Краснов.

Любимый «ЛСДУЗ» Юрия Чайки

Отдельное внимание в ФБК уделили швейцарским активам Артема Чайки. Как оказалось, сын одного из самых «патриотичных» российских чиновников владеет здесь домом стоимостью 2,7 млн франков (около 198 млн рублей), а также базирующейся в Лозанне юридической фирмой «FT Conseils», 40% которой он ранее выкупил у своего младшего брата. Авторы расследования обращали внимание, что в документах Артем Чайка указан именно как «резидент Швейцарии».

До появления «FT Conseils» счетами семейства управляла другая юридическая компания – «Juridical House», женевским офисом которой в 2003-2007 гг. руководил Мурат Хапсироков – в настоящее время член Совета Федерации от Республики Адыгея. Его отец Назир Хапсироков ранее занимал пост управделами Генеральной прокуратуры.

Бизнесмены, политики, силовики, откровенные уголовники и их родственники – все смешались в резонансом расследовании ФБК. Не оставил его без внимания и генпрокурор Юрий Чайка. В официальном ответе на запрос «Коммерсанта» он назвал расследование «заказным», а заказчиком – руководителя фонда «Hermitage Capital» Уильяма Браудера.

«Есть глобальная цель – скомпрометировать генерального прокурора России, его подчиненных региональных руководителей, вновь заявить о нашей стране как о партнере, с которым лучше не иметь дело, стране, достойной экономических и прочих санкций», – разоблачал козни интернационального заговора Чайка.

Как известно, лучший способ защиты, это нападение. А перефразируя другое известное высказывание, можно заметить, что если бы на Западе недоброжелатели России исчезли бесследно, то их следовало бы придумать.

Эта история имела своеобразное продолжение. После того, как эксперты ФБК нашли в списках Росреестра как минимум 12 объектов, принадлежавших сыновьям генпрокурора, в ведомстве не сочли ничего лучшего, как заменить их имена кодировками, состоящими из неудобоваримой комбинации букв и цифр. Так Артем Чайка оказался обозначен как «ЛСДУ3», Игорь Чайка – как «ЙФЯУ9». Таким образом, собственником подмосковного домовладения площадью 2000 кв. метров, ранее записанного на Чайку-старшего, оказался персонаж с фантастическим именем «ЛСДУ3».

Но как известно, от перемены слагаемых сумма не меняется и никакой камуфляж Росреестра или поиск виновных на «проклятом Западе» не смогли скрыть процветавшие в Генеральной прокуратуре «эпохи Чайки» «коррупцию и кумовство», когда имена сотрудников главного надзорного ведомства страны оказывались замараны связями с лидерами самых отмороженных ОПГ.

Впрочем, Игорь Краснов уже начал чистку этих «авгиевых конюшен». Так не пора ли проверить на прозрачность бизнес «смышленых ребят с мозгами», которые, согласно публикациям СМИ, успешно получают миллиардные господряды и приобретают заграничную недвижимость, и чья громкая фамилия скрывается под кодировками «ЛСДУ3» и «ЙФЯУ9»?

 

За какие заслуги Юрий Чайка сел в кресло №1 российской юстиции?

 

Люди, знакомые с послужным списком бывшего прокурора Иркутской области, недоумевают. Наверное, одним из последних документов, который подписал Юрий Чайка перед тем, как уйти из Генпрокуратуры на должность министра юстиции, было информационное письмо № 28-18/452-99 «О положительном опыте специализированных подразделений по раскрытию убийств и иных особо тяжких преступлений против жизни и здоровья Иркутской области» (орфография и пунктуация документа сохранены – такие вот перлы грамотности…). В этом документе, адресованном всем прокурорам субъектов РФ, военным прокурорам и т.д., предлагается перенимать опыт Иркутской области в расследовании тяжких преступлений.

Конечно, если не знать «оперативной обстановки» в Восточной Сибири, то, прочитавши сию бумагу, можно предположить, что в Иркутской области вот-вот с преступностью будет покончено. Так ли это?

В послании и.о. Генерального прокурора затронута деятельность лишь одного подразделения по расследованию «особо тяжких», в которое входят, помимо одиннадцати следователей прокуратуры, прокурор-криминалист и 19 сотрудников службы криминальной милиции. Это не считая того, что по любому «тяжкому», кроме того, работают (выполняя большую часть черновой работы) работники территориальных подразделений – попросту говоря, райотделов милиции, а когда надо, подключаются еще и РУБОП или ФСБ.

Стоит ли говорить о том, что это спецподразделение как нельзя более обласкано – имеет отдельное помещение, закрепленный транспорт, у каждого следователя – отдельный кабинет, персональный компьютер и прочая оргтехника. Технико-криминалистическое сопровождение осуществляет закрепленный за подразделением сотрудник экспертно-криминалистического отдела, для работы которого оборудован специальный кабинет со всем необходимым оснащением. Налажен доступ по модемной связи в информационную сеть областного управления внутренних дел, в том числе для оперативных проверок по автоматизированной дактилоскопической информационной системе «Папилон», другим справочным и розыскным учетам. Обеспечена охрана здания. Можно понять тех милиционеров, которые служат не в подобных «спецах», а в обычных райотделах – им бы такое обеспечение! Но оперативные работники в основном компьютеров не видят (правда, в кабинетах иных начальников их по паре штук бывает). В кабинетах сидят по трое-четверо – это в областном центре, а что на периферии творится, лучше о том не говорить.

Если брать цифры реальные, а не для показухи выведенные, то в Иркутской области с начала нынешнего года зафиксировано 37 600 преступлений, что на 23 процента больше, чем в прошлом году. Особенно резкий рост как раз тяжких преступлений – почти на тридцать процентов, а число разбоев и грабежей подскочило на все 40. По росту бандитизма на 125 % Приангарье обгоняет общероссийские показатели. Растет число похищений людей: за весь 1998 год было 36 случаев, а только за шесть месяцев этого года – уже 33. Правда, стали меньше угонять автомобили – снижение аж на три процента! «Резвятся» и малолетние преступники: 2222 преступления совершены несовершеннолетними. Не все в порядке и в самих правоохранительных органах: за полгода против сотрудников милиции возбуждено около 100 уголовных дел. По данным аналитиков, 30 % сотрудников милиции обеспечивают «крышу» коммерческим структурам. Участковые инспектора «держат» коммерческие киоски, оперативники защищают ООО и АО, а их начальство присматривает за банковскими структурами. О какой борьбе с преступностью можно говорить, если, по данным Российской Академии наук, «55 процентов акций, имеющих право голоса, было передано во время приватизации в руки иностранного и отечественного преступного капитала». Между тем, в Иркутской области нет до сих пор ни одного уголовного дела о незаконной приватизации. Хотя средства массовой информации уже устали твердить об этой проблеме. Конечно, сейчас «братва» стала другой, исчезли малиновые пиджаки и бритые затылки. В большинстве случаев бандиты стараются выглядеть респектабельными, являясь членами «закрытых» клубов, в том числе на Западе, отправляя своих детей в дорогостоящие частные школы. Двадцать процентов учащихся одного швейцарского колледжа, стоимость обучения в котором 75 000 долларов в год – русские, среди которых есть и иркутяне. Но настоящие – «отмороженные» - бандиты все равно остались. В Восточно-Сибирском регионе за истекшие полгода пресечена деятельность 25 бандитских групп и 7 преступных сообществ, которые совершили 390 преступлений, в том числе 38 убийств. В области к уголовной ответственности привлечены члены 9 бандформирований, совершившие 89 тяжких преступлений. Вот фон, на котором бывший иркутский прокурор и бывший и.о. Генпрокурора, ныне благополучно перебравшийся в кресло министра юстиции, предлагает перенимать здешний «позитивный опыт».

Возможно, Чайка действует по привычному для себя шаблону?

Родился Юрий Яковлевич в 1951 году в Николаевске-на-Амуре Хабаровского края, в семье секретаря горкома КПСС. Успешно окончил 10 классов, отслужил в армии, учился в Свердловском юридическом институте вместе с Юрием Ильичем Скуратовым. По получении диплома в 1976 году по распределению направлен следователем в Усть-Удинский райотдел Иркутской области. В начале 1980 года (оцените темпы роста!) становится прокурором Тайшетской транспортной прокуратуры, через четыре года он уже начальник следственного отдела Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры, еще полтора года – и Юрий Яковлевич инструктор отдела административных органов Иркутского обкома КПСС. В конце 1986 года получает новое назначение - заместитель прокурора области по следствию. Вот когда пригодились уже наработанные партийно-хозяйственные связи.

Судьба к нему благоволила: в марте 1987 года дело маньяка-насильника Кулика, всколыхнувшее всю область, было возвращено судом на доследование. Вряд ли начальник следственного отдела остался бы на своем месте, если бы дополнительное следствие (а Кулик на суде начисто отказался от своих первичных показаний) зашло бы в тупик. Чайка назначил нового руководителя следственной бригады, пошел на известный риск, доверив ему формирование группы. Для следователей выбил отдельный кабинет, машину, деньги для командировок. Члены той следственной группы вспоминают: «Для нас у Чайки было два ответа: «нет проблем» – это означало твердое «да», а «порешаем» – это означало: «так или иначе - решим».

Кулик, как известно, свою «вышку» получил, а весной 1988 года Чайка стал уже начальником отдела обкома КПСС. Интересны некоторые подробности его перехода в партноменклатуру: в марте того года Юрий Яковлевич выступал с докладом на партийном собрании прокуратуры – говорил хорошо поставленным голосом, красиво, много и ни о чем. После его выступления даже известный своей выдержкой прокурор Плешивцев, выйдя на трибуну, сорвался на крик, заявив, что так работать нельзя. Вскоре после этого Чайка слег в урологическое отделение железнодорожной больницы. Когда его пришли навестить сослуживцы и поинтересовались, останется ли он после такого скандала в прокуратуре, Юрий Яковлевич твердо заявил – да, обязательно. Однако по выходе из больницы ушел «под крышу партии». Но первые секретари обкомов меняются реже, чем прокуроры - в начале 1991 года Чайка становится прокурором Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры, в феврале 1992 года - прокурором Иркутской области. Чтобы оценить это повышение, скажем просто: «потолок» даже регионального транспортного прокурора – генерал-майор, а областной прокурор – это уже генерал-лейтенант.

Примерно в это же время в преступном мире области начинается усиление «авторитетов». Дошло до того, что Сергей Бойцов (вор в законе по кличке «Боец») справил свадьбу в Тулунской спецтюрьме СТ-2 (знаменитая «Тулунская крытка»). Первую брачную ночь молодожены провели в кабинете начальника тюрьмы Остапенко. Жених был в модном костюме и белой рубашке, невеста – в красном платье. Стол ломился от деликатесов, ведер с цветами и тортов, сделанных на заказ. Бойцу вообще удалось сделать из тюрьмы отменную «гостиницу» для уголовных авторитетов. По ночам некоторые заключенные СТ-2 в сопровождении офицеров-работников учреждения выезжали «на промысел». В расположенных поблизости предприятиях, колхозах-совхозах они воровали горючее, запчасти, технику, не брезговали и «зачисткой» дачных участков.

Другой вор в законе, Владимир Тюрин (кличка «Тюрик»), проводил сходки братвы в помещении бассейна «Чайка». «Резвились» как могли и иные из прокурорских работников. Николай Небудчиков в свое время работал в следственной бригаде по делу Кулика. Закончив свою «легальную» карьеру межрайонным прокурором, в 1993 году он сколотил банду и начал… убивать. В его группу входили и бывшие милиционеры, и спецназовцы. Сам Небудчиков осенью 1993 года оценил обстановку в области следующим образом: «Как профессионал, вынужденный в свое время уйти из облпрокуратуры, скажу прямо – навести порядок в части кавказской преступности можно и сейчас в кратчайшие сроки, при наличии мозгов и профессиональной воли, а главное – чести и совести…».

Формально дело банды Небудчикова было передано в Хабаровскую прокуратуру, но реально его вели иркутяне – только руководителем группы был капитан-хабаровчанин. Он и получал выговоры за все ошибки и недочеты следствия. Расследование затянулось, не обошлось без казусов – один из членов банды по элементарной оплошности спокойно, безо всякого побега ушел из-под стражи.

Хотя Чайка много (и красноречиво) выступал в средствах массовой информации о борьбе с бандитизмом, почти все дела по статье 77 УК РСФСР («Бандитизм») при нем возвращались судом на дополнительное следствие и тихо-мирно разваливались. Николай Небудчиков до сих пор не осужден.

Хотя прокуратура и призвана следить за точным и неукоснительным соблюдением законов, при Юрии Чайке это соблюдалось весьма слабо. Например, осенью 1994 года был уволен директор областного центра занятости (федеральный чиновник!) Анатолий Мазалов. Прокуратура не реагировала, несмотря на неоднократные заявления, и только в 1997 году, когда Юрий Яковлевич уже был в Москве, Мазалова восстановили на работе. Государству прокурорское равнодушие обошлось в 160 тысяч рублей, которые пришлось заплатить руководителю Центра занятости за вынужденный прогул.

Некоторые следователи сбегали из областной прокуратуры в другие следственные подразделения. Объясняли они это примерно так: мы работаем, добываем информацию, но после доклада прокурору она почему-то утекает в криминальные структуры и дело в результате рассыпается: свидетели исчезают, потерпевших запугивают, и т.д. Может быть, все это и случайность – просто слишком уж часто такие случайности происходили...

Самого Чайку «перебежчики» характеризуют так – «следователь и юрист он средний, а вот по части достать, пробить, делегацию встретить, свозить на дачу, на Байкал – тут ему равных нет».

Зато отношение к простым людям у прокуратуры было, мягко говоря, наплевательское. В Железногорске-Илимском на мясокомбинате было обнаружено пять тонн (!) радиоактивных костей – мясо жители Иркутской области уже съели. После проведенной проверки Госатомнадзора эти кости бесследно исчезли – вероятно, были переработаны в костную муку. В Тайшете некоторые при заливке фундаментов домов использовали «позаимствованную» на железнодорожной станции урановую руду. На эти факты прокуратура как-то не обратила внимания. Но к некоторым делам у нее отношение было особое: в 1993 году по приказу атамана Иркутского казачьего войска Николая Меринова были подвергнуты телесному наказанию несколько казаков Георгиевской станицы. Чайка тихо «спустил на тормозах» уголовное дело в отношении казачьего атамана, который «подпадал» аж под три статьи УК. Оказывается, прокурор являлся «почетным казаком» ИКВ.

Ловко умел уходить Юрий Яковлевич и от различных просителей. Например – «дело антиквара» Григория Красовского: он был приговорен по сфабрикованному уголовному делу к семи годам лишения свободы, причем на его неоднократные жалобы прокуратура не реагировала. Отсидев срок и выйдя на свободу, Григорий добился отмены судебного приговора и начал восстанавливать свое доброе имя. Вот что он рассказывает: «Я отправился на прием к прокурору Иркутской области Юрию Чайке. По-моему, он меня даже и не слушал… Потом попросил оставить у него заявление и удалиться. Разобраться по моей жалобе он, как я выяснил далее, поручил Сергею Трофимову (прокурору по надзору за оперативной деятельностью милиции), от которого я получил отписку из трех строчек, что к уголовной ответственности фальсификаторов моего уголовного дела областная прокуратура привлекать не намерена. Естественно, меня не удовлетворил этот ответ, я пришел и спросил: «Почему?» Мне сказали, что если по таким многочисленным жалобам как моя они будут принимать меры, то есть привлекать к уголовной ответственности и сажать всех работников Фемиды – от милиционера до судей и прокуроров, тогда пересадят всех и некому будет работать в судах, прокуратурах, УВД и МВД с КГБ, поэтому мои требования неосуществимы… Спасибо им за такие откровения и главное за то, что взяли мне без очереди, с заднего хода гастронома, бутылку водки – залить всю горечь моральных страданий…»

Шофером служебной «Волги» у Чайки был некто Галькевич. У обычного «водилы» с собой всегда было удостоверение, где он значился… следователем областной прокуратуры. Его задерживали сотрудники милиции, находили в машине боеприпасы, но уголовные дела каждый раз затухали, не возникнув – вмешивался шеф. Позднее Юрию Яковлевичу был задан вопрос – как же так вышло с его шофером? Ответ потряс «святой простотой»: дескать, сволочь он, конечно, порядочная – но водитель классный, вот и приходилось его выручать.

Между тем Галькевич, кроме служебных удостоверений, имел – и раздавал – оперативные путевые листы, при предъявлении которых машина не подлежит задержанию автоинспекцией. Также водитель получал без счета и документов кучу любых запчастей для своего «железного коня» – автомагнитолы, чехлы, зачем-то телефонные аппараты, мыло и даже веники. В этом ему способствовала весьма влиятельная сотрудница областной прокуратуры.

Сын прокурора, Артем Чайка, также не был обижен: областная прокуратура регулярно предоставляла ему служебный транспорт для личных целей и деньги «на бензин», конечно же, не спрашивая с него отчета за расход топлива. Причем это происходило уже тогда, когда сам Юрий Яковлевич пересел в высокое московское кресло: служебный пиетет зависит от расстояний не горизонтальных, а вертикальных.

Осенью 1995 года Чайка перебирается в Москву, в Генеральную прокуратуру, где курирует следствие. Не хочется бросать тень на человека, но вот что говорит о кураторах следствия доктор юридических наук Чингиз Абдуллаев: «Курирование следствия – это самая прибыльная часть «левых денег». С согласия куратора закрываются уголовные дела, меняются статьи уголовного кодекса, переквалифицируя более тяжкое преступление на тяжкое, а то, в свою очередь – на менее тяжкое. Деньги при этом иногда получаются неплохие… Советская власть приучила людей к лицемерию, и многие считают, что подарок за исполнение своих служебных обязанностей – всего лишь проявление благодарности».

Как бы то ни было, Юрий Яковлевич, бывая наездами в Иркутске, уверенно заявлял, что, так как он курирует следствие, убийцы и Дмитрия Холодова, и Владислава Листьева скоро будут найдены. Не вполне понятно за что, но в 1996 году Чайка становится заслуженным юристом Российской Федерации. Убийцы же Холодова и Листьева так и гуляют на свободе…

Ныне Чайка перешел на работу более, скажем так, престижную; фигурально говоря, одел белые перчатки. Только вот когда перебираешь послужной список нового хозяина Минюста, поневоле лезет в голову этакая крамола: коль скоро всю жизнь он занимался строительством «потемкинских деревень» – можно ли надеяться, что став у руля министерства, призванного обеспечивать законность в стране, он изменит своим многолетним привычкам, кои, как говорили древние, суть вторая натура?

 

Чайку "ассоциируют" с Собяниным. Теперь прокуратурой будет заниматься другая группировка в президентской администрации

 

Назначение Юрия Чайки генеральным прокурором не означает качественных изменений в прокурорской системе, так полагают эксперты из числа бывших ее работников, считающие, что Генпрокуратура осталась под жестким контролем президентской администрации, просто этот контроль будут осуществлять люди другой группировки.

Отсюда и техническая замена Устинова на Чайку.

Если Владимира Устинова тесно связывали с заместителем главы президентской администрации Игорем Сечиным - давним соратником Владимира Путина, то Юрия Чайку ассоциируют с Сергеем Собяниным - новым руководителем администрации президента.

Карьера Юрия Чайки началась в Сибири. В 70-х годах он был межрайонным прокурором в Иркутской области, в начале 80-х работал в Восточно-Сибирской транспортной прокуратуре. В 1986-м стал первым зампрокурора Иркутской области, начальником следственного отдела. С 1990-го - восточносибирским транспортным прокурором.

Сергей Собянин тем временем строил карьеру на северо-западе Сибири. В 1990 году он стал начальником налоговой инспекции в г. Когалыме, в 1991 г. - главой администрации города, а с 1993-го - первым замглавы администрации всего Ханты-Мансийского автономного округа.

В Сибири Собянин и Чайка (хотя их и отделяла пара тысяч километров) могли пересекаться "по партийной линии". С 1988 по 1990 год оба работали в комитетах КПСС. Сергей Собянин был заместителем заворготделом Ханты-Мансийского окружного комитета партии, а Юрий Чайка - заведующим государственно-правовым отделом Иркутского обкома.

Анализируя этап работы Юрия Чайки в Генпрокуратуре (в 1995-м стал замгенпрокурора, а в 1998-м непродолжительное время исполнял обязанности генпрокурора), а затем и в Министерстве юстиции РФ (летом 1999-го Чайка - министр юстиции), эксперты рекомендуют обратить особое внимание на роль Назира Хапсирокова - бывшего завхоза Генпрокуратуры, который впоследствии стал помощником главы президентской администрации.

О Назире Хапсирокове, его роли в "правильном" разрешении многих уголовных разбирательств и в так называемом "деле нехорошей квартиры и Юрия Скуратова", которое инициировали для отставки прокурора, "Новая газета" сообщала еще в 1998-1999 годах, как в принципе и о специальном фонде Генеральной прокуратуры, на средства которого покупалась недвижимость для высокопоставленных чиновников этого ведомства.

На взгляд экспертов, Юрий Чайка, которого Скуратов, будучи генпрокурором, пригласил на работу в Москву, со временем оказался в другой команде.

"Когда Скуратов приступил к громким разоблачениям, касавшимся ельцинского окружения, его вынудили уйти, а Чайка выбрал "правильную" сторону, и на его поведение обратили внимание, - полагает один из бывших сотрудников госбезопасности. - Впоследствии, будучи министром юстиции, Чайка доказал свою исполнительность в деле "ЮКОСа". Обеспечение конфискации имущества компании, его четкой реализации, прохождения денег и вообще оперативная работа судебных приставов тоже не осталась без одобрительного взгляда из Кремля".

Что касается скандалов, в которых упоминалось имя Чайки, то они в основном были связаны с бизнесом его сына Артема. В 2001 году, как неоднократно сообщалось в прессе, Артем Чайка заключал соглашение с Верхнеленским речным пароходством (ЗАО "ВЛРП") о том, что пароходство примет указанного им человека на должность финансового директора.

Верхнеленское пароходство обеспечивает функционирование одного из главных транспортных путей Сибири. По нему, в частности, идет северный завоз топлива и продовольствия.

Затем фирма Чайки-сына (учредителем числился он и депутат Госдумы Башир Кодзоев) взяла в аренду около 10 судов для передачи их во фрахт по цене в два раза выше, чем арендная плата. Взамен пароходству на льготных условиях был предложен кредит на 2 млн долларов.

После конфликта, связанного с досрочным требованием вернуть деньги, было возбуждено уголовное дело. А руководитель пароходства, с которым Артем Чайка подписывал соглашение о финансовом директоре, был найден повесившимся в гараже.

Официальная версия - самоубийство.

***

Что в прошлом у будущего генпрокурора

Говорят, что назначение Чайки на должность министра юстиции в 1999 г. было личной инициативой тогдашнего премьера Путина. [...]

Первым заместителем Генпрокурора Юрий Чайка пробыл 4 года, а исполняющим обязанности — 4 месяца, после скандальной отставки Юрия Скуратова. Кстати, с Юрием Скуратовым Чайка учился вместе в Свердловском юридическом институте. Скуратов и взял в 1995-м году своего бывшего однокурсника в заместители. Он так охарактеризовал Чайку: “Я обратил на него внимание как на человека очень энергичного, требовательного и жесткого в борьбе с преступностью”.[...]

Запишем в негатив

До назначения Чайки министром юстиции на свет вылезла история, связанная с его сыном. В начале 1999 года некая одинцовская фирма, уставшая от наездов рэкетиров, обратилась в местный РОБОП за помощью. Бандитов задержали, а машина, на которой приезжали вымогатели, в базе данных числилась за Чайкой. На ней, как установили позже, разъезжали два ингушских бандита из Иркутска — Чумаков и Евлоев. У них нашли спецталон без права проверки автомобиля, разрешение на парковку у здания Госдумы, а также револьвер, гранату РГД-5 с запалом и героин. И — доверенность на машину от имени сына Чайки Артема, работавшего адвокатом. По оперативной информации, Евлоев и Чумаков были друзьями и охранниками Чайки-младшего. Ингушей потом признали виновными в вымогательстве. Сам же Чайка заявил: “Евлоева и Чумакова я не знаю, а спецталон и номера я делал для себя, так как периодически пользуюсь этой машиной вместо служебной”. При этом Чайка выразил уверенность, что его сын будет впредь более осторожен в выборе знакомых.

Кстати, на компромат-сайтах размещено немало “наездов” на Чайку-старшего. Но все они касаются его работы в Иркутской области и никаких официальных подтверждений не получили.

***

[...] В Генпрокуратуре официально обсуждать личность будущего начальника отказались, но один из сотрудников ведомства рассказал “Ведомостям”, что Чайка — “не худший вариант и не будет рубить сук, на котором ему сидеть”, и подвергать Генпрокуратуру реформе. Но это не означает, что новый генпрокурор обойдется без кадровой чистки.Некоторые из заместителей генпрокурора, например нынешний и. о. генпрокурора Юрий Бирюков, а также кое-кто из работников ведомства с Северного Кавказа, приведенных Устиновым, постепенно будут уволены, прогнозирует сотрудник ведомства. Устинов не раз публично подвергал критике Минюст. В ежегодных докладах бывшего генпрокурора деятельность министерства Чайки оценивалась как провальная. “Будет странно, если Чайка не перетряхнет аппарат Генпрокуратуры и не избавится от наиболее преданных Устинову людей”, — предположил сенатор, близкий к органам прокуратуры.[...]

***

[...] Года два назад в Минюсте воплотили давнюю задумку: организовали всероссийский песенный конкурс среди осужденных - "Калина красная". Осужденным петь понравилось. А тогдашнему генпрокурору Устинову - нет.

- Фантазия чиновников ГУИНа бьет ключом, на всю страну идет пропаганда преступной субкультуры, - такую рецензию выдал как-то генпрокурор. - Могу представить, что думают пострадавшие, наблюдая с экрана уркаганское веселье.[...]

Что известно о Чайке

55-летний Юрий Чайка в Генпрокуратуре не чужак: с ноября 1995 года он - первый заместитель генпрокурора, а с апреля по август 1999 года - руководитель этого ведомства. На Большой Дмитровке он запомнился тем, что в 1996 году курировал знаменитое "дело о коробке из-под ксерокса", в которой во время избирательной кампании из Дома правительства было вынесено более $500 тыс. Чайка спустил это дело на тормозах. Кроме того, ему приписывают и активную роль в "заминании" скандала с нецелевым использованием кредитов Международного валютного фонда. И впоследствии ничто не сбило Чайку с намеченного курса, проложенного ему Владимиром Путиным в 1999 году (когда нынешний глава государства был премьером). Именно такая позиция - стремление не лезть в политику, не участвовать в "дворцовых интригах", не слишком светиться на экранах и в прессе, возможно, сыграла решающую роль в выборе кандидатуры Юрия Чайки на должность генпрокурора. Чайка начал свою трудовую биографию в 1976 году следователем райпрокуратуры Иркутской области. На повышение в Москву в 1995 году ушел с должности прокурора Иркутской области. Женат. Имеет двоих детей.[...]

 

Юрий Чайка открывает гольф-клуб в Ялте

 

Индустрия элитных развлечений не дает покоя генпрокурору Российской Федерации, пишет znak.com. Потерпев неудачу с подмосковными прокурорскими казино, Юрий Чайка организовал в ведомственном ялтинском санатории нечто вроде гольф-клуба.

Генеральная прокуратура РФ заказала себе два гольф-кара общей стоимостью чуть более 3 млн рублей. Информация о конкурсе на поставку двух электромобилей, используемых для перемещения по полям для гольфа, появилась на сайте госзакупок.

«Гольф-кары должны быть новыми, изготовленными не ранее 2019 года, с заводскими номерами, не иметь следов ржавчины и повреждений (царапин, вмятин и т. д.); крепление всего оборудования должно быть выполнено способом, исключающим его перемещение и создание помех водителю и пассажирам во время движения или в нештатных аварийных ситуациях», — говорится в контракте.

Заказ разместил начальник главного управления обеспечения деятельности органов и организаций прокуратуры — начальник управления специального и технического обеспечения Пронин В. Я. на основании личного приказа генпрокурора Юрия Чайки.

Генпрокуратура покупает гольф-кары Club Car Transporter Electric.

Контракт был заключен 9 декабря этого года. С этого момента у поставщика — ООО «АГРО АЛЬЯНС» — есть 14 дней на его осуществление.

Гольф-кар вмещает шесть человек, может проехать на одном заряде до 59 километров. Максимальная скорость — 27 километров в час.

В документе говорится, что контракт заключен «в целях обеспечения нужд Российской Федерации». […]

предполагается, что гольф-кары будут использоваться в ведомственном санатории в Ялте.

Оставить комментарий